Украинец Александр Шевченко, который 27 мая в Варшаве вышел в прямой эфир польского телевидения и попросил не использовать оскорбительные фразы в адрес украинцев, заявил, что покинул Польшу. По его словам, после резонанса он проконсультировался с юристом и решил уехать из-за возможных последствий, включая риск депортации.
Официального подтверждения депортации, дела или административной процедуры против Шевченко пока нет. После истории с эфиром он записал несколько новых видео, в которых объяснил свой отъезд и описал ситуацию как «добровольно-принудительную».
Инцидент произошел после полицейского брифинга в Варшаве. Когда камеры еще работали, к журналистам подошел мужчина, представился украинцем Александром Шевченко и обратился к зрителям по-польски. Он попросил поляков не говорить украинцам фразу «spier***aj na Ukrainę», которую в русскоязычной передаче обычно передают как грубое «убирайся в Украину».
На записи Шевченко говорил, что любит Польшу и считает поляков «братьями», но просил не унижать украинцев такими словами. Позже он объяснял свой поступок спонтанным решением: увидел журналистов и захотел обратиться к полякам напрямую.
После публикации видео история быстро разошлась по соцсетям. Уже после этого Шевченко выпустил несколько новых роликов, где рассказал, что решил уехать из Польши.
«Я все-таки sp****alam z Polski. Добровольно-принудительно», – заявил Шевченко в одном из новых видео.
В другом видео он объяснил, что после консультации ему посоветовали не рисковать: «Человек, у которого большая практика таких дел про депортации, сказала мне: лучше не рискуй. Я поехал поужинать. Я жил со своим другом в квартире. И вечером люди в гражданском, без формы, пришли искать Шевченко Александра. Я все понял сразу. Собрал свои сумки и поехал».
Эти слова пока не подтверждены официально. В открытых источниках нет данных, что Пограничная служба, полиция или прокуратура начали против Шевченко отдельную процедуру из-за обращения в эфире. Также нет официального подтверждения, что к месту его проживания действительно приходили люди в гражданской одежде.
Важно понимать, что сам факт резонансного выступления в эфире не означает автоматической депортации. Но эта история стала чувствительной из-за контекста: просьба не оскорблять украинцев быстро превратилась в спор о границах публичных высказываний, безопасности иностранцев и возможных последствиях для человека, который сделал заявление перед камерами.
